СЛОВАРЬ

АРЕНА: БИТВА УМОВ
Карстен МЕЙХОФФ
Дания

БЛИЦКРИГ

Фридрих Адольф КИТТЛЕР
Германия

БОЛЬ. ПАМЯТЬ. ПАМЯТКА
Зоя ЕРОШОК
Россия

ВОЙНА И МИР В ТЕРМИНАХ
И ОПРЕДЕЛЕНИЯХ

Дмитрий ЛОСКУТОВ
Россия/Брюссель

ВОЙНА ОБРАЗОВ
Сотириос БАХЦЕТИС
Греция

ВОЙНА: ОСВОБОЖДЕНИЕ ПЛЕННЫХ
Вячеслав ИЗМАЙЛОВ
Россия

ВОЙНЫ, ВОЛНЫ, ВЛАСТЕЛИНЫ
Владимир ВЕЛЬМИНСКИЙ
Германия

ГАРМОНИЯ (ВОЕННАЯ ПЕСНЬ)
Юки ХИГАШИНО
Япония/Франкфурт

ГРАЖДАНСКАЯ ВОЙНА
Валерией ПОДОРОГА
Россия

ИНТЕРПРЕТАЦИЯ
Олег НИКИШИН
Россия

ИНФОРМАЦИЯ
Дмитрий РОГОЗИН
Россия

ЗАПРЕТНАЯ ЗОНА
Кристоф ВАХТЕР
Матиас ЮД
Берлин/Швейцария

КЛОУН (НА ВОЙНЕ)
Лео БАССИ
Италия/Испания

КРУГ ВОЙНЫ
Аркадий БАБЧЕНКО
Россия

КОНЦЕПЦИЯ - НЕИЗВЕСТНЫЙ СОЛДАТ
Олег АРОНСОН
Россия

КОРПОРАЦИИ
Узочукву НДУКА
Нигерия

КОШАЧЬЯ НОТАЦИЯ
Юлия СТРАУСОВА
Германия

ЛИКИ УЖАСА
Энтони БИВОР
Великобритания

ОБРАЗ ВРАГА
Любовь ВИНОГРАДОВА
Россия

ООН: УСЛОВИЯ МИРА
Владимир ПЕТРОВСКИЙ
Россия

ОТКАЗ
Роман ШМИДТ
Германия

ПОДВИГ
Борис ЛЕОНОВ
Россия

ПРЕДОК
Николай ПЛУЖНИКОВ
Россия

РАДИКАЛЬНОЕ УПРОЩЕНИЕ
Андрей ТКАЧЕНКО
Россия

СЕРЖАНТ КОСОВ: МИРОТВОРЕЦ
Герман ВИНОГРАДОВ
Россия

СНАЙПЕР
Якоб БЁСКОВ
Дания

СТРАТЕГИЧЕСКОЕ ПРЕДОТВРАЩЕНИЕ КОНФЛИКТОВ
Антон ИВАНОВ
Россия

УРОВЕНЬ РАССЕИВАНИЯ. ПЕПЕЛ.
Илья ПЛЕХАНОВ
Россия

ФИНАНСОВАЯ ВОЙНА
Сигурдур ИНГОЛЬФСОН
Исландия

ЧАСТНАЯ ВОЙНА
Обрад САВИЧ
Сербия/Великобритания

ШАЛАМОВ: ВОЙНА/ЛАГЕРЬ
Михаил РЫКЛИН
Россия

Flag

"РОТА НА ПОСТУ" Элизабет Рубин (переводчик Евгения Лавут)



ЭЛИЗАБЕТ РУБИН - журналист и штатный автор "Нью-Йорк Таймс". Получила международное признание за статьи о Войне и современности. Мы приводим отрывок - "Операция Горная Лавина - из ее широко известной статьи "Рота на посту". Статья была опубликована в "Нью-Йорк Таймс" 24 февр. 2008 г.

Как говорит сама Элизабет Рубин:

 

"Я отправилась в Афганистан прошлой осенью, чтобы ответить на вопрос: почему мы со всеми нашими технологиями убиваем так много мирных граждан в авианалетах? Цифры потерь среди гражданского населения по вине НАТО обескураживающе высоки: по данным Хьюман Райтс Уотч на сентябрь прошлого года, 350 человек погибли по вине коалиции, 438 – по вине боевиков. Количество металла, обрушиваемого на Афганистан, не укладывается в голове: миллион фунтов (около 500 тонн) в период с января по сентябрь 2007 года, против полумиллиона за весь 2006-й.

Через несколько дней у меня появились новые вопросы: возможно, в антитеррористической кампании есть более глубокая проблема? В прошлом году были убиты более 100 американских солдат, это наивысший показатель с начала ввода войск в Афганистан. Почему число погибших американцев растет? Чтобы найти ответ, я провела большую часть осени в долине Коренгал и других населенных пунктах провинции Кунар вместе с солдатами, которые почти каждый день совершали выбор между жизнью и смертью – и их решения приводили к гибели солдат и мирных жителей".

 

Операция Горная Лавина

 

19 октября Кирни и его люди были заброшены с воздуха в тыл боевиков с миссией, которую многие считали чистым безумием. Она называлась Горная Лавина и продолжалась около шести дней. Одной из ее главных целей была деревня Яка Шина.

 

Кирни как хороший солдат пытался распалить своих ребят, обещая, что они доберутся до боевиков, убивших их друзей, до тех, чьи злобные физиономии приклеены на генеалогическое древо «плохих парней» на блокпосту. Они разворошат гнездо партизан и перекроют их транзитные пути с Пакистаном. Они убедят крестьян перестать укрывать плохих парней, предложив им проект реконструкции дорог на 11 миллионов долларов, одобренный НАТО и Кабулом, который будет осуществлять Команда по реконструкции провинции Кунар. И еще они дорисуют так называемую «человеческую карты местности», часть новой антитеррористической доктрины - какие семьи пользуются авторитетом, кто на ком женится, кто с кем враждует, есть ли распри, которые можно использовать.

 

Для молодых солдат это было чересчур: выступать в роли убийц, культурных антропологов, борцов за умы и сердца - и снова становиться убийцами. Вот почему, когда за несколько часов до начала миссии некоторые солдаты начали замазывать лица боевой черно-зеленой краской и сержант заорал: «Сотрите это немедленно!», они удивились: зачем? Ведь так они лучше напугают местных.

 

Но когда Горная Лавина начала набирать обороты, это было уже не важно. Апачи выслеживали повстанцев по горным хребтам. Другие вертолеты сбрасывали новых солдат. Над головами выл беспилотник, посылая инфракрасные видеофрагменты на большой экран в Кэмп Блессинге, штабе батальона, расположенном в шести милях к северу от Kоренгальского блокпоста.

 

Почти сразу, на высокогорном склоне, откуда открывался вид на Яка Шину, Кирни пришлось выступить в роли Бога. В окопе слева от него Джесси Ярнелл, молодой офицер разведки, при помощи афганского переводчика Джона перехватывали радиопереговоры боевиков: «Мы видим их, будем ждать.»

 

«Они прямо там», сказал Кевин Карун, поднимая глаза от бинокля ночного видения. Карун, отец двоих детей из Коннектикута, был передовым авиационным наводчиком ВВС – тем, кто наводит боевых пилотов на цели. «Видите? Двое движутся к югу в 400 метрах от нас,» сказал Карун, указывая на склон. Неподалеку расположились еще несколько боевиков.

 

«Сэр, что хотите делать?» спросил Карун у Кирни.

 

«Хочу видеть их мертвыми», сказал Кирни.

 

«Открыть огонь?»

 

«Да. Убрать их.»

 

“Есть убрать.”

 

Карун передал по рации пилоту инструкции, «Приказ командира открыть огонь.» И дело было сделано.

 

Внезапный вой пронзил ночное небо. Это был Слэшер, боевой самолет, стреляющий снарядами размером с бутылку кока-колы. Пылающие обломки рикошетили по всей деревне. Кирни был напряжен до предела. Солдаты, находившиеся на блокпосту, передавали по рации, что беспилотник обнаружил 10 человек у лесополосы. Ярнелл перехватывал переговоры повстанцев. «Они говорят, что готовятся нанести удар,» сказал кто-то. Пилот видел пять человек, один входил в дом, нет, кто-то был за деревьями, кто-то внутри одного, нет, нескольких домов. Он хотел подтверждения: все ли цели были враждебными? Согласован ли «сопутствующий ущерб»? Ругаясь, Кирни приказал открыть огонь по тем, кто снаружи, но не трогать дом. Пилоты передали в ответ, что люди только что забежали внутрь. Никаких сомнений, что там окажется семья. Карун напомнил Кирни, что у Слэшера осталось топлива только на десять минут.

 

«Что хотите делать, сэр?» спросил его Карун.

 

Кирни передал солдатам, чтобы они связались с его начальником, подполковником Биллом Остлундом. Остлунд, социолог из Небраски, умевший из воинствующего бомбардира легко превращаться в политического переговорщика и обсуждать семейные ценности со старейшинами, сидел в набитой комнате тактических операций в Кэмп Блессинге, смотрел видеодонесения беспилотника и получал те же данные разведки. Он санкционировал «сопутствующий ущерб», и Кирни повернулся к Каруну. «Убрать базу. И всех, кто выйдет наружу.»

 

Пылающие ракеты пролетели по небу. Гром орудий эхом прокатился по долине. И наступила пауза. Слэшер спросил Каруна, продолжаются ли переговоры боевиков. Кирни прокричал Ярнеллу в окоп: «Ловится что-нибудь?» Ничего. Снова извержение ракет.

 

Ночь казалась непостижимой и бесконечной. Слэшер улетел, его место занял Ганметал – вертолет системы Апач. Радиосвязь все время ломалась. В какой-то момент экипаж Ганметала, не увидев враждебных намерений, отклонил приказ Кирни открыть огонь. Затем Ганметал вдруг ударил ракетами по фигуркам людей, бросившихся в укрытие. Вернулся Слэшер и еще «поработал». Перед рассветом прилетел легкий Боун – так называют бомбардировщик Б-1, любимца солдат, – и сбросил на деревню две бомбы по 2000 фунтов каждая. Ближе к рассвету измученный Кирни, давая волю висельному юмору, адреналину и усталости, сказал: «Ну что ж, недельную норму убийств я выполнил. Можно домой.»

 

По оценкам Кирни, американцы убили около 20 человек. «Врать не буду. Некоторые могут быть мирными жителями,» сказал он.

 

По логике войны лучшее средство от призрака врага в засаде – убить и знать, что убил. Солдаты в Коренгале как правило бывали лишены удовлетворения такого рода. Убитых боевиков хоронили быстро, оставались раненые мирные жители. То утро после длинной ночи сражения ничем не отличалось. Примерно через час после того, как все кончилось, лейтенант Мэтт Пайоса, добросовестный, 24-летний выпускник Вест Пойнта, и его патруль были уже в Яка Шине. Они сообщили по рации, что старейшины деревни просят разрешения похоронить мертвых. Подобрали раненых мирных жителей. Счет нехороший: 5 убитых, 11 раненых, все – женщины и дети.

 

Кирни передал в Кэмп Блессинг плохие новости и сокрушенно уронил голову на грудь. Убийство женщин и детей само по себе достаточная трагедия. Но жертвы среди мирного населения еще и политический вопрос. Не сумев объяснить свои действия жителям Яка Шины, он может проиграть их врагу. Тем временем, Ярнелл со своей командой перехватывал разговоры вроде: «Ведите себя очень тихо. Перенесите вещи сюда. Молитесь за нас.» По крайней мере, некоторые из боевиков-участников ночного боя выжили и готовы сражаться снова. Самолеты выследили, как они прячутся в ущелье. Но после гражданских потерь прошлой ночи старшие командиры отказывались давать Кирни разрешение на бомбовый или ракетный обстрел.

 

Короткий день таял. Солнце зашло за горные пики. Холодный ветер выстуживал кости. Солдаты пытались избавиться от навязчивой мысли, что будут атакованы боевиками, растворившимися в деревнях. Их опасения подтвердились.

 

Автор: Элизабет Рубин