СЛОВАРЬ

АРЕНА: БИТВА УМОВ
Карстен МЕЙХОФФ
Дания

БЛИЦКРИГ

Фридрих Адольф КИТТЛЕР
Германия

БОЛЬ. ПАМЯТЬ. ПАМЯТКА
Зоя ЕРОШОК
Россия

ВОЙНА И МИР В ТЕРМИНАХ
И ОПРЕДЕЛЕНИЯХ

Дмитрий ЛОСКУТОВ
Россия/Брюссель

ВОЙНА ОБРАЗОВ
Сотириос БАХЦЕТИС
Греция

ВОЙНА: ОСВОБОЖДЕНИЕ ПЛЕННЫХ
Вячеслав ИЗМАЙЛОВ
Россия

ВОЙНЫ, ВОЛНЫ, ВЛАСТЕЛИНЫ
Владимир ВЕЛЬМИНСКИЙ
Германия

ГАРМОНИЯ (ВОЕННАЯ ПЕСНЬ)
Юки ХИГАШИНО
Япония/Франкфурт

ГРАЖДАНСКАЯ ВОЙНА
Валерией ПОДОРОГА
Россия

ИНТЕРПРЕТАЦИЯ
Олег НИКИШИН
Россия

ИНФОРМАЦИЯ
Дмитрий РОГОЗИН
Россия

ЗАПРЕТНАЯ ЗОНА
Кристоф ВАХТЕР
Матиас ЮД
Берлин/Швейцария

КЛОУН (НА ВОЙНЕ)
Лео БАССИ
Италия/Испания

КРУГ ВОЙНЫ
Аркадий БАБЧЕНКО
Россия

КОНЦЕПЦИЯ - НЕИЗВЕСТНЫЙ СОЛДАТ
Олег АРОНСОН
Россия

КОРПОРАЦИИ
Узочукву НДУКА
Нигерия

КОШАЧЬЯ НОТАЦИЯ
Юлия СТРАУСОВА
Германия

ЛИКИ УЖАСА
Энтони БИВОР
Великобритания

ОБРАЗ ВРАГА
Любовь ВИНОГРАДОВА
Россия

ООН: УСЛОВИЯ МИРА
Владимир ПЕТРОВСКИЙ
Россия

ОТКАЗ
Роман ШМИДТ
Германия

ПОДВИГ
Борис ЛЕОНОВ
Россия

ПРЕДОК
Николай ПЛУЖНИКОВ
Россия

РАДИКАЛЬНОЕ УПРОЩЕНИЕ
Андрей ТКАЧЕНКО
Россия

СЕРЖАНТ КОСОВ: МИРОТВОРЕЦ
Герман ВИНОГРАДОВ
Россия

СНАЙПЕР
Якоб БЁСКОВ
Дания

СТРАТЕГИЧЕСКОЕ ПРЕДОТВРАЩЕНИЕ КОНФЛИКТОВ
Антон ИВАНОВ
Россия

УРОВЕНЬ РАССЕИВАНИЯ. ПЕПЕЛ.
Илья ПЛЕХАНОВ
Россия

ФИНАНСОВАЯ ВОЙНА
Сигурдур ИНГОЛЬФСОН
Исландия

ЧАСТНАЯ ВОЙНА
Обрад САВИЧ
Сербия/Великобритания

ШАЛАМОВ: ВОЙНА/ЛАГЕРЬ
Михаил РЫКЛИН
Россия

Flag

ВОЙНА: ОСВОБОЖДЕНИЕ ПЛЕННЫХ



Вячеслав Измайлов

Концепт: Переговорщик возвращает пленного из мира мертвых и проводит его в мир живых.

 

В российской армии понятие «пленный», попавший в плен с российской стороны – близко понятию «предатель». Это человек, попавший в водоворот интересов армии, чиновничества, экономическими возможностями своей семьи и расчетом боевиков. Посредине этого водоворота, рядом с Пленным – Переговорщик, для которого главная единица ценности – «человеческая жизнь». Переговорщик наблюдает за тем, как обстоятельства пленения разделяют людей по эту сторону войны – например, за матерями, которые спорят, кого освобождать первым, в зависимости от года пленения. Он наблюдает за тем, как выстраивается отношение к пленному у офицеров, когда тот возвращается обратно в часть, и у прокуроров, когда он попадает домой. Пленный – изгой и у начальства и у подчиненных, его имя – бесславно. Для противоположной стороны он тоже никто. Есть ситуации, в которых Переговорщик поставлен в «положение Бога», он может выбрать только одного. Более того, он должен уметь так построить свою речь на переговорах, так поджидать момент, когда «сказать свое слово», чтобы выцепить этого своего пока неизвестного ему пленного буквально из речевого потока. Например, когда речь идет о взятых в плен медиоперсонажах, суметь попросить у противоположной стороны о ком-нибудь еще «неизвестном» – так, для доказательства доброй воли. Это «один», потом выбранный из двадцати, – окажется самым неприметным, самым больным и самым молодым солдатиком, никем для армии. «Почему ты не взял офицера?» – спросят Переговорщика по возвращении. «Потому что этот бы не выжил». Все жизни равны и одинаково ценны. Но есть те, самые неприметные, самые ненужные, на которых приходится весь груз системы пленения. И когда Переговорщик получает этого пленного, он чувствует себя обязанным сделать так, чтобы суметь провести его через враждебное отношение военных и властей, он чувствует себя обязанным провести его обратно, в его жизнь, к нему домой, – то есть «по-настоящему» возвратить его из плена, из мира мертвых. И эта одна жизнь спасенного цепляет за собой рассказы о многих и многих судьбах.